Аврора
Александр Анатольевич
Александр Домогаров
Александр Пряников
Александр Ревва
Алика Смехова
Анастасия Заворотнюк
Андрей Малахов
Антон Комолов
Антон Привольнов
Анфиса Чехова
Арчи
Борис Смолкин
Валдис Пельш
Гарик Мартиросян
Гарик Харламов
Дана Борисова
Дмитрий Нагиев
Дмитрий Назаров
Дмитрий Суховей
Дмитрий Харатьян
Екатерина Стриженова
Елена Ищеева
Елена Перова
Заза Наполи
Иван Ургант
Игорь Верник
Илона Броневицкая
Ирена Понарошку
Ксения Бородина
Ксения Собчак
Лариса Вербицкая
Леонид Якубович
Лера Кудрявцева
Липа
Лолита Милявская
Макс Данилов
Михаил Борисов
Михаил Галустян
Михаил Гребенщиков
Михаил Шац
Николай Фоменко
Оксана Федорова
Оскар Кучера
Отар Кушанашвили
Павел Воля
Сергей Зверев
Сергей Минаев
Сергей Светлаков
Татьяна Лазарева
Тимур Родригез
Тина Канделаки
Тутта Ларсен
Эвелина Бледанс
Юрий Аскаров
Яна Чурикова

Николай Фоменко

Николай Фоменко

Ведущий на праздник - Николай Фоменко
контакты:
тел. (495) 229-35-32
e-mail:

-
Проведение мероприятий -

* * *

— Есть такие люди, которые с самого детства хотят быть самыми умными и лучшими, хотят быть в центре внимания, и чтоб их девушки любили и чтобы деньги были, некоторые добиваются на этом поприще больших успехов. А что, какого черта скромничать? Человеку должен принадлежать весь мир, а такому мужчине, Николай Фоменко, и подавно. Добрый вечер, Николай.

Николай Фоменко:
— Здравствуйте.

Ты уже уснул, я смотрю, пока я тут, понимаешь ли… ну что, сразу хочу высказать сочувствие в связи с прекращением гоночной деятельности.

Николай Фоменко:
—  Радость, наоборот, огромная.

—  Да?

Николай Фоменко:
—  Конечно, сколько можно.

Устал ты.

Николай Фоменко:
—  Ну да, папа устал. Конечно, сколько можно, это профессиональный спорт, моложе не становишься.

Ну, по виду не скажешь, ты совсем не изменился, и по телевизору я тебя видела.

Николай Фоменко:
—  Пластические операции.

Ладно врать уж. С другой стороны, Коль, ведь это было крушение идеалов, ведь ты же что-то хотел доказать себе, когда шел в это самое пекло.

Николай Фоменко:
—  Почему крушение идеалов, что ты придумываешь? Это профессиональный спорт, любой спортсмен недолговечен, в любом виде спорта, все всегда знают, что надо заканчивать — вот я закончил.

А все обычно заканчивают через сколько? Сколько лет ты этим занимался? Ты подсчитывал?

Николай Фоменко:
—  Да, получается 14, профессионально.

Ты же теперь говоришь, что это развлечение для чокнутых.

Николай Фоменко:
—  Это не профессия для чокнутых, это отличная профессия с очень хорошей заработной платой, вот и все, только из-за этого этим и занимаются, на этом уровне, по крайней мере. Те, для кого это просто хобби,..

Ну а ты на высоком профессиональном уровне?

Николай Фоменко:
—  Ну да, чемпион мира — это, наверное, высокий профессиональный уровень.

А ты чемпион мира?

Николай Фоменко:
—  Да, 2004-го года.

Ты особо, смотрю, не кичишься своим чемпионством.

Николай Фоменко:
—  Это же все в денежном выражении, это радует.

А что, чемпиону больше платят?

Николай Фоменко:
—  Больше рекламные контракты.

— Понятно, то есть не просто какой-то хухры-мухры там, а целый чемпион мира, к тому же еще Николай Фоменко. То есть никакого крушения идеалов, просто хватит уже вечно сидеть на больничном и лечить раны, ушибы, переломы.

—  Нет, там же все не так. Вот ты странный человек. Есть виды спорта, от которого все наше государство и население так далеко, что даже представления не имеет, о чем идет речь.

Николай Фоменко:
—  Примерно это похоже на профессиональный хоккей, на легкую атлетику, все одинаково, всем управляют большие серьезные менеджеры, которые и делают для вас эти большие спектакли под названием «Чемпионат мира по футболу»,…

Шоу, театрализованное представление?

Николай Фоменко:
—   Да.

Ты знаешь, я тоже почему-то так подумала. Как-то закрадывалось такое сомнение.

Николай Фоменко:
—  Даже когда бегут стометровку, есть граждане, которых определили заранее.

Кто должен добежать?

Николай Фоменко:
—  Практически так. Вот как сейчас, например, закручивается интрига вокруг ухода Шумахера.

Ага, все-таки он уходит?

Николай Фоменко:
—  Ну конечно. Должен уйти, сколько можно? Уже здоровья нет.

Тем не менее даже смешно — который год победил Шумахер, и снова лидер Шумахер.

Николай Фоменко:
—  Это для нас, граждан, которые живут за великой российской стеной это выглядит так, а для всего мирового сообщества это выглядит совсем не так, потому что большая история — автоспорт это вторая после футбола позиция по вниманию к себе публики, поэтому совершенно другая жизнь.

Опасность зрелища?

Николай Фоменко:
—  Да ее опасность зрелища, а просто это большой бизнес, потому что люди покупают те автомобили, которые их интересуют, а раскрученные марки — это автомобильный спорт и создание марки. Автомобильный спорт — это, на самом деле, высокотехнологическое большое серьезное исследовательское бюро, на базе которого потом появляются в ваших домах автомобили. Собственно говоря, все, что у вас есть сегодня в автомобилях, это все придумано, создано, сотворено в автоспорте. Вы получаете адаптированный результат.

Примитивизированный к жизни.

Николай Фоменко:
—  Ну да, но принципы все сохраняются, начиная от электронного вспрыска, подвески, заканчивая трансмиссией, всеми электронными системами, это все придумано в автоспорте. Большие концерны не имеют возможности и не могут иметь такого испытательного полигона, как автоспорта.

Ну да, еще таких профессионалов держать, как в автоспорте.

Николай Фоменко:
—  Знаешь, на самом деле, автогонщиков не так уж много, как кажется на свете.

Ну надо же, а я думала, что там и так невпроворот, чего ж Коля-то туда подался, артист, музыкант?

Николай Фоменко:
—  Знаешь, если ставить себе задачи, то может быть, их есть смысл исполнять.

А как это вообще, вот так резко поменять крен в жизни? Ты и песни пел, душевные.

Николай Фоменко:
—  Да никакого крена.

—  Ну как же так? Автогонщик ведь стал.

Николай Фоменко:
—  Почему же так? Я же учился в спортивной школе, занимался 10 лет горными лыжами, потом пошел в театральный институт, у меня был большой перерыв, но у любого человека, который занимался спортом, тем более 10 лет…

Это у нас уже блиц пошел, у нас такая рубрика — коротко о себе.

Николай Фоменко:
—  Ну я быстро отвечаю на вопросы, на которые уже все давным-давно знают ответ, но тем не менее, все время тянет в спорт, поскольку вернуться кататься чайником на горных лыжах не особо приятно, это как после чемпионата мира в автоспорте оказаться в Кубке поло или в каком-нибудь клубном соревновании, для души, условно говоря. Никакой души в этом нет. А я давно хотел этим заняться, и в результате занялся, и стало получаться, и вдруг…

И музыка стала не нужна.

Николай Фоменко:
— Да нет, просто когда ты вдруг оказываешься в чемпионате России, думаешь, ой, а чем это ты занят, а потом, когда вдруг начинает получаться, думаешь, а что ж ты так прикипел к чемпионату России-то, пора б уже попробовать себя на международной арене, а дальше пробуешь — и очнуться уже нет смысла.

То есть это круговорот такой.

Николай Фоменко:
— Либо ты работаешь там, либо нет. И вот, 4 года работал в Порш Мотор Спорте, потом в Феррари Лондон Продрайв, вот и все.

Тебя пощупать-то можно? Целый ты? Говорят, весь поломанный, а вот крепкий на вид такой.

Николай Фоменко:
— Я бы хотел, чтобы ты пощупала меня.

Я пощупала твою коленочку. Сколько у тебя переломов?

Николай Фоменко:
— У меня, на самом деле, немного. Ты их не нащупаешь, ребра, не обнаружишь.

Ребра вообще не видно.

Николай Фоменко:
— Если мы с тобой схлестнемся, ты их не обнаружишь.

Ну ладно, ты же женат.

Николай Фоменко:
— Да.

Сколько лет уже Фоменко?

Николай Фоменко:
— 44.

Хороший дом, хорошая жена, что еще нужно?

Николай Фоменко:
—  Все, в принципе ничего не надо больше.

Деньги есть.

Николай Фоменко:
— А что еще? От меня никто ничего не хочет, и я не хочу ничего. Я все, что надо, сделал.

Где ты сейчас актерствуешь, скажи?

Николай Фоменко:
— Я сейчас обременительно делаю детскую передачу «Счастливый рейс»

То есть тебя очень сильно просили, и ты согласился.

Николай Фоменко:
— Да, скажу, что так. Это не противоречило моим мироощущениям, не могу сказать, что бросаюсь в это рьяно, но делаю в это с удовольствием, потому что мне нравится с детьми.

И качественно.

Николай Фоменко:
— Не знаю, насколько качественно, это уже не мой вопрос. Но тем не менее, мы делаем такие веселые старты под названием «Счастливый рейс», и надо сказать, что это вселяет хоть какую-то, пусть она минимальная, одна тысячная процента, убежденность, что все-таки есть еще дети в наших краях.

Детство счастливое есть еще, хотя бы в отдельно взятой передаче Николая Фоменко.

Николай Фоменко:
— Нет, это в отдельно взятых регионах нашего большого государства, и приятно видеть, что все-таки не настолько все плохо, как кажется.

Заслуженным артистом еще на стал?

Николай Фоменко:
— Давно уже, лет 10 назад.

Ты заслуженный артист?

Николай Фоменко:
—  Конечно. Это еще памяти Бориса Николаевича Ельцина подписали мне такую бумажку.

Твои новые проекты?

Николай Фоменко:
—  Пока нету.

Тебе же скучно будет, ты говоришь, что все у тебя есть, больше ничего не надо, можно на печи лежать.

Николай Фоменко:
— У меня есть два маленьких проекта, один проект Ваня, 4 года, другой проект — Настя, 8 лет, поэтому…

Это сын и дочь? И все тебе нарожала…

Николай Фоменко:
—  Моя жена, зовут ее Маша, фамилия ее Голубкина, ты ее прекрасно знаешь.

То есть материальных проблем у тебя нет?

Николай Фоменко:
— Они есть всегда, у любого человека, даже у Билла Гейтса, я в этом уверен.

Ты уже просто убедился, сколько бы человек не зарабатывал, ему все мало.

Николай Фоменко:
— Нети, дело не в том, что ему мало, я смотрю на людей и понимаю, что люди достаточно средние. То есть я считаю себя средним человеком — я не олигарх, у меня нет миллиардов.

Но миллионы-то есть?

Николай Фоменко:
— Наверное. Миллион, может, и есть. Он, правда, не в банке и не в матрасе, а он как-то так…

Это мы общественности сообщаем, чтобы они не готовились ко взлому.

Николай Фоменко:
— А они могут и приготовиться. Я ко всему приготовился к такому, я же родился в этой стране, как и ты, ты же всегда должен быть готов к тому, что в парадной могут и голову прострелить неожиданно, всякое бывает, поэтому я готов ко всему всегда.

Значит, материальные проблемы есть, а духовные?

Николай Фоменко:
— Духовные? У меня?

 Да.

Николай Фоменко:
— Нет, у меня нет, у меня прекрасная библиотека — вот это, к чему человек должен прийти, мне кажется.

Николай Фоменко — универсальный герой нашего времени. Народ Фоменко любит, ты такой весь сермяжный, грубовато-простой.

Николай Фоменко:
—  Вы очень эгоцентричная, Элина.

Да ладно.

Николай Фоменко:
— Я сермяжный, а еще какой?

Грубовато-простой.

Николай Фоменко:
— Это для каких слоев?

Для меня, например.

Николай Фоменко:
— Вот видите, поэтому и требуется, мы же все-таки на «Эхо Москвы». Если бы вы немножко сменили бы тон, то может и получилась бы радиостанция, мы остались бы в формате, а так мы перемещаемся куда-то там в юмор-FM.

Коленька, а каким тоном мы должны с вами разговаривать?

Николай Фоменко:
— Нормальным, человеческим, не переживать так, не нервничать, все хорошо, потому что в принципе это все можно и не пускать в эфир.

Можно, но лучше пустить.

Николай Фоменко:
— И ничего не произойдет, если пустить это в эфир.

Если выпустить в эфир, повысится рейтинг, потому что пришел целый Николай Фоменко.

Николай Фоменко:
—  Мне кажется, это иллюзия, потому что не везде есть электричество в нашем государстве, поэтому проверить рейтинг мы не можем.

Все обман.

Николай Фоменко:
— Ну конечно, все иллюзии. Это все какой-то дядя, который циферки выписывает по просьбе товарищей.

Да, Коленька, настоящее — только деньги.

Николай Фоменко:
—  Ну нет.

Ну любовь?

Николай Фоменко:
— Нет. Эмоции и чувства. На них, мне кажется, основано человеческое общение и вообще природа человеческая, сейчас сделали, так получается, на нас обрушивается цивилизация, к которой мы не готовы, поэтому мы, конечно, эмоции в большом понимании этого слова потеряли, но вы знаете, это как театр — театр погибнет с приходом телевидения.

Но не погиб.

Николай Фоменко:
— Нет, конечно. Есть вещи, которые непреходящие, они действительно самоценные, и не нам их отодвигать в угол. Как бы мы ни пытались этого сделать, ничего у нас не получится.

Хорошо, Коленька. Тем не менее, на меня ты производишь впечатление такого сермяжного, грубовато-простого.

Николай Фоменко:
— Это прекрасно, Элиночка.

Да. Зачем за всем этим ты скрываешь тонкую душу поэта? Ведь ты же такой, ты же правильно мне начал говорить, что надо спокойнее, человечнее.

Николай Фоменко:
— Понимаешь, это ведь всему свое время и свое место. Например, если бы мы с тобой встречались в театральной программе, вряд ли мы употребляли бы такие обороты — «сермяжный», и так далее. Если бы мы встречались в программе о кино или о спорте, все разные языки, разны системы коммуникативные, это и есть, мне кажется, природа приличного.

Хорошо, ты лириком в душе остался? Выкрутился, вот ты песни такие душевные пел.

Николай Фоменко:
— Конечно, человек меняется.

То есть песни ты уже не пишешь?

Николай Фоменко:
— Нет, не пишу.

Эти твои афоризмы — это тоже твоя сермяжность, ведь это же, по-моему, игра в детский сад.

Николай Фоменко:
— Ты должна понимать — в то время, когда мы это делали, нужно было постараться создать людям хорошее настроение, а в том времени, когда это существовало, 10 лет назад, нужно было не ошибаться с ключами — «Русское радио» было направлено на основную массу населения нашей страны, им это понятно, им нужно было дать то, что людям было необходимо, они это получили, получилось неплохо.

Ты продолжаешь афоризмы?

Николай Фоменко:
— Нет, ну как, они там блоками записаны, раз в полгода, их негде сейчас брать и заниматься этим, мы объявили конкурс в Интернете давным-давно, и все очень вяло и неинтересно.

Я надеюсь, что ты все равно соберешься и сделаешь это.

Николай Фоменко:
—  Ну ты скажи что, и я сделаю. Тебе баню срубить на участке? Сермяжно. Я с удовольствием.

А баню рубишь на участке?

Николай Фоменко:
— В принципе, чисто теоретически я мог бы это сделать.

Дача у тебя есть?

Николай Фоменко:
— Нет, а нужна?

Не знаю, у всех есть.

Николай Фоменко:
— У тебя есть? Говори правду.

—  Да.

Николай Фоменко:
—  Участочек? Сажать, копать?

Клубничка.

Николай Фоменко:
— Молодец, а на рыночек потом?

А потом да, мало того, не потом, а перед этим, сначала на рыночек, а потом копать, окучивать цветочки.

Николай Фоменко:
— Вот это да. Я сейчас на самом деле думаю, я готовлюсь к очень серьезному — я готовлюсь солить огурцы, я пришел к выводу, что те, кто солил раньше огурцы как следовает, они уже, к сожалению, умерли, поэтому я хочу сейчас за это взяться.

Ага, будет целая индустрия по солению огурцов.

Николай Фоменко:
— Да никакой индустрии, я хочу просто понять, в чем дело. Я хочу маленькими баночками начать, чтобы понять саму систему, как это делается.

Ну какой у тебя рецепт уже есть?

Николай Фоменко:
— У меня много разные, это же зависит от состояния рассола, нигде не могу взять нормальные огурцы, это проблема, надо ехать в Рязань, судя по всему, там, мне кажется, они нормальные.

Ну да, бабушка там выращивает.

Николай Фоменко:
— Да, метнемся туда. Я поеду туда за огурцами, это целый процесс, я за него взялся, готовлюсь к этому.

Есть уже мысли по этому поводу?

Николай Фоменко:
— Да, я решил, что сделаю много маленьких баночек, закатаю их.

И поставишь на полочки.

Николай Фоменко:
— Разные рассолы, разные нюансы вкусовые. И наконец я выведу этот сумасшедший рецепт.

Вообще-то, то, что ты бросил эти гонки, тебе на пользу пошло.

Николай Фоменко:
— Почему?

Ты поспокойнее, во-первых, стал. Я вот раньше тебе звонила, ты постоянно нервничал, орал, вечно кричал на меня, говорил, что тебе надо, идите вы все в…

Николай Фоменко:
— Дорогие радиослушатели, я могу сказать, что с Николаевой разговаривал в жизни всего раз пять, это шестой.

А теперь такой стал вальяжный, шутишь, ты и с женой, наверное, замечательный, гениальной актрисой, разговариваешь раз пять или шесть в этих гонках.

Николай Фоменко:
— Да ну что вы выдумываете?

Ты же беспрерывно в гонках провел, 14 лет.

Николай Фоменко:
— Ну и что, и они от меня никуда не делись, у меня ж другая коммуникация совсем, то, что для обычного человека нонсенс, я играю на спор с нашими стюардессами в «Аэрофлоте», потому что у меня рекорд — 11 полетов за неделю.

Не верю.

Николай Фоменко:
—  Правда. Я покидаю точку быстрее, чем вы можете себе представить.

Уходишь в точку и приходишь в точку.

Николай Фоменко:
— Скажем, из пункта А в пункт Б с легкостью неимоверной, это надо отдать должное.

То есть для тебя сборы это не проблема?

Николай Фоменко:
— Все всегда готово.

Хорошо. Ты же скоростной очень, ты же чемпион 2004 года. Каким ты нашел российский шоу-бизнес после возвращения?

Николай Фоменко:
— Я его не искал, ну он молодец, у нас ведь две газовые компании, две нефтяные, два продюсера, всего надо по два, чтобы была конкуренция, две производящие компании, и скоро будет два радио и два телевидения, так должно быть, мне кажется, это правильно.

По-моему, их уже два, телевидения.

Николай Фоменко:
— Телевидение пока одно, нам нужно сделать второе.

Коль, ты много чего потерял, пока вес бабки пилили, а Коля все гонялся.

Николай Фоменко:
— Что ты имеешь в виду?

Ну должности, большие миллионы долларов.

Николай Фоменко:
— Ты знаешь, я не способен коммуникатировать, то есть я способен с ними коммуникатировать, просто не способен тратить на это время, я строю коммунизм в своем, отдельно взятом государстве — Ваня, Настя, Маша, собаки.

А какие у тебя собаки?

Николай Фоменко:
— У меня две собаки — одна такса, а другая чихуа-хуа.

Я смотрю, ты снова в своей стихии — работаешь просто на износ.

Николай Фоменко:
—  Почему на износ? Я еще пальцем не пошевелил, а уже на износ.

Как же — мультфильм «Гроза муравьев» озвучиваешь.

Николай Фоменко:
— Меня просили озвучить, это два часа работы, ничего такого в этом нет.

Ага, и Тольяттинский автосалон открываешь.

Николай Фоменко:
— ну это я открываю, так же как и Московский международный, у меня просто автомобильное обременение, поэтому.

По контракту по какому-то или по сути?

Николай Фоменко:
— Да нет, просто по сути. Поскольку я человек-автомобиль, за мной таскается этот автомобильный шлейф.

Ну деньги-то за это платят?

Николай Фоменко:
— Нет, за открытие автосалонов не платят деньги.

То есть это не шоуменство какое-то?

Николай Фоменко:
— А какое в этом шоуменство? А какому-нибудь там вице-премьеру за открывание Московского автосалона заплатили, например?

А, то есть ты на уровне просто почетного.

Николай Фоменко:
— Понечетного, не столько почетного.

Ты, кстати, «Красную шапочку» мультик смотрел?

Николай Фоменко:
— Мультик? Смотрел, по-моему.

Очень забавный, по-моему, мультик — Сукачев, Трахтенберг и Елка.

Николай Фоменко:
— Мне не кажется, что там что-то особенное есть. Понимаете, какая ситуация — что бы мы ни озвучивали, что бы мы ни делали, это в мультфильме делается не так — сначала делается звук, а потом уже рисуются герои, это закон.

—  Да?

Николай Фоменко:
— Конечно, а уж накладывать свой голос на какого-нибудь там, кого я озвучивал, Николаса Кейджа.

Это где?

Николай Фоменко:
—  Ну вот ты говоришь, «Гроза муравьев», это Николас Кейдж там озвучивает, и мне говорят, Николай, вот вы озвучивали самого Николаса Кейджа, а кто это такой? Нормальный какой-то голливудский артист.

Ну ты озвучивал какого-то муравья.

Николай Фоменко:
— Вот если озвучивать после Леонова Вини-Пуха, это, конечно, вопрос, и насколько ты вменяем, чтобы этим заниматься, а мультфильм, про который мы сейчас говорим, это не такая серьезная для нас работа, что-то мы там такое делаем, открываем рот, синхронно или несинхронно с этими животными, и не имеем права ни на какое творчество, потому что существуют бэкшоты, существует манера, в данном случае «WarnerBrothers», они железно определяют, как они сказали, так и будет, поэтому сделать что-то серьезное нельзя там, хотя я мечтаю, если уж так подходить к вопросу, сделать мультфильм.

Ты же еще журнал какой-то делаешь автомобильный?

Николай Фоменко:
— Да я даже не знаю, какое там у него название.

«Автопилот», что ли?

Николай Фоменко:
— Ой, ты зачем произнесла-то, это же реклама скрытая.

Ой, боже мой.

Николай Фоменко:
— Мы делаем с Мальцевым прекрасный журнал.

А Мальцев это кто?

Николай Фоменко:
— Мальцев это бог.

А я думала наоборот все.

Николай Фоменко:
— Нет, он бог, а я главный редактор. Я взвалил на него организационную работу, он избавил меня от массы глупых вопросов, и, на самом деле, журнал вырулил. В общем, мне нравится этот журнал, он неплохой.

Все же без машины туда не попадешь.

Николай Фоменко:
—  Нет, это же хвост, меня позвали в этот журнал, Андрюша Васильев, потому что я к тому времени был уже человек за рулем. Он знаком с Шумахером.

А ты знаком с Шумахером?

Николай Фоменко:
— Конечно, а что?

Прямо рядом стоял?

Николай Фоменко:
— Господи, ну да.

Ну и как он?

Николай Фоменко:
— Не относится к разряду моих товарищей, Жак Ремне, это да.

Ну и как он держится, Коль?

Николай Фоменко:
— Ну а как, что ему держаться-то? Куда ему уже? Все сейчас с ракет позвонит уже в дверь. Ну да, моложе люди не становятся, это правда. Ну а ты имеешь в виду характер этого человека?

Ну да.

Николай Фоменко:
— Никогда нельзя узнать, он играет в открытого человека, в закрытого, я думаю, что даже Коррида не знает, что ему на самом деле надо, он нехорошие действия совершает в автогоночном мире, но….

Нехорошие в чем?

Николай Фоменко:
— Ну, всем ошибкам, которые сегодня в автоспорте произошли, потеря интереса к нему, уровень, что ты говоришь, все Шумахер, Шумахер — это его, на самом деле, тонкая работа, менеджерская непосредственно, и я не стану называть его великим гонщиком, он блистательный гонщик, несомненно, но он подстроил под себя всю конструкцию, я апологет древности в этом смысле, когда люди бились по-настоящему, это были настоящие рыцарские турниры и там эмоция была гораздо важнее, чем идеология, а сейчас пилот — это действительно просто прокладка между рулем и сиденьем.

Алексей Васильев друг?

Николай Фоменко:
— Да, наверное.

остался другом?

Николай Фоменко:
—  Почему нет? Конечно.

То есть просто говорят, что вы по характерам как-то реально сходитесь. Просто говорят, что вы сругались, что-то такое.

Николай Фоменко:
— Ну если это приятно, но я с Алексеем не ругался, я переругался со всеми, поджег дверь Леониду, но с Алексеем нет.

Это была молодость.

Николай Фоменко:
— Ну и Васильеву тоже поджег дверь.

Васильеву?

Николай Фоменко:
— Да, смеемся и жжем тряпки. Нет, конечно.

Но страдаешь ты?

Николай Фоменко:
— От чего?

От того, что выпал из этого.

Николай Фоменко:
— Да я не выпал, я просто закончил.

То есть просто сам?

Николай Фоменко:
— Конечно. Колечка устал. Гораздо хуже, когда человек дотягивает до коллапса.

Ну да, когда ты упираешься и чувствуешь, что ты уже не то, рассыпался. В шоу-бизнесе есть друзья?

Николай Фоменко:
— У меня? В шоу-бизнесе? У меня друзей вообще мало, я не отношусь к людям шоу-бизнеса. С кем я дружу из людей известных, вы имеете в виду? Скорее так, да?

Ну да.

Николай Фоменко:
— Наверное, это Агутин и Мазаев, больше никого нет. Типа так.

Мазаев был, с сыночком приходил сюда.

Николай Фоменко:
— Дубина стоеросовая.

Извинялся перед Ларисой Долиной, что ее дурой обозвал. Я говорю, как же так женщину-то можно? А он говорит, такой шикарный голос, а поет какую-то ерунду, ну прости меня, говорит Лариса, прости. Может, у тебя тоже есть перед кем извиниться?

Николай Фоменко:
—  За что?

Ну, может, кого-то дураками тоже обозвал.

Николай Фоменко:
Во-первых, я не настолько плохо воспитан, потом я с удовольствием извинюсь перед всеми, просто на всякий случай, я очень часто слушаю «Эхо Москвы», сейчас в последнее время мало.

«Эхо Москвы» — это такая радиостанция! Все, кто приходят сюда, считают своим долгом поговорить о политике.

Николай Фоменко:
—  Я нет.

После того, кстати, как делают комплименты нашей радиостанции.

Николай Фоменко:
— Я уже давно не делаю, не стал бы, потому что вы абсолютно ручная радиостанция.

Обнаглел.

Николай Фоменко:
— Это правда. Вы настолько субъективны, вам позволили какой-то уровень субъективности на цифре два.

Ладно, мы это вырежем.

Николай Фоменко:
— Вот видишь, ты говоришь, что вы это вырежете. Но на самом деле вы ничего этого не вырежете, вы это запустите.

Спокойно так говорит, ручки поднял, как сытый кот.

Николай Фоменко:
— Ну а что? Ну застрелите меня, я все сделал уже, понимаете.

Ну молодец. Сергей Мазаев тут меня удивил, мы с ним про музыку, а в какой-то момент он вдруг раз, и начал читать политинформацию — про Иран, про Израиль, такой весь прям политинформированный.

Николай Фоменко:
— Это мой друг, я горжусь тем, что я дружу с Мазаевым, по-настоящему, кстати.

Скоро выборы, Николай, ты готов?

Николай Фоменко:
— А во что будут выбирать?

Ну вот во что будут выбирать? Ты опять за правых или ты уже перебежал? Или за тех, кто при деньгах?

Николай Фоменко:
— Я не занимаюсь политикой.

Помнишь, ты за СПС был?

Николай Фоменко:
— Я не занимаюсь политикой, не участвую ни в чем.

Даже если тебе будут…?

Николай Фоменко:
—  Я не вижу в этом смысла, я хочу заниматься конкретными делами. Условно говоря, меня попросили делать детскую программу, где дети имеют шанс приехать из Чукотки в Москву — это мне понятно.

Ну хоть Москву посмотреть.

Николай Фоменко:
— А потом они еще очень долго борются до того, как поехать, — это я понимаю. А вот когда мне говорят, иди и кричи «Да здравствует кто-то там», мне это неясно.

Но раньше тебе это не претило.

Николай Фоменко:
— Нет, раньше я думал, когда мы занимались правыми, нам казалось ,что это какой-то серьезный шанс, но мы растем и понимаем, что ничего…

Что ничего от нас не зависит.

Николай Фоменко:
— Но это же не только у нас так, в принципе во многих странах так, просто ничего в этом такого страшного нет.

Ну ладно, я просто это сказала, потому что ты артист, а для артистов теперь выбор — это как раньше новогодние елки, вот я и решила, может, ты опять решил как-нибудь там подзаработать.

Николай Фоменко:
— Нет, во-первых, у меня нет пока таких предложений, а во-вторых, вряд ли я смогу, мне бы делом позаниматься, выкопать яму, или еще что.

Или хотя бы огурцы засолить, чего уж там.

Николай Фоменко:
—  Да, я с удовольствием это сделаю.

А почему только огурцы, Коля? Ведь помидоры же тоже можно.

Николай Фоменко:
—  Я люблю огурцы.

Ага, под водочку.

Николай Фоменко:
— Нет, водку я не могу.

А что можешь?

Николай Фоменко:
— Ты про тяжелые напитки?

Говорят, что в нашем возрасте уже лучше пить хорошие напитки, вино там.

Николай Фоменко:
— Ну ты знаешь, у меня нормально с вином.

Ну я надеюсь.

Николай Фоменко:
—  У меня есть прямая поставка.

Красное?

Николай Фоменко:
— Красное.

Французское?

Николай Фоменко:
— Французское.

Не итальянское?

Николай Фоменко:
—  Нет.

То есть ты предпочитаешь такие сорта вин?

Николай Фоменко:
— Ну опять же, какие ты спрашиваешь, я с удовольствием тебе скажу — я пью то вино, которое здесь не продается, я пью «Долину Луары» и соответственно «Сомюр» и вокруг «Сомюра».

Это сколько за бутылочку?

Николай Фоменко:
— Полтора-два евро.

Правда, что ли?

Николай Фоменко:
— Дороже не существует вина, это русские иллюзии.

А по сто долларов каждая капля «Сомелье»?

Николай Фоменко:
— Это для клоунов, для людей, которые еще не сходили в ОВИР и не получили заграничный паспорт.

Да-да, это тебя, наверное, Мальцев научил, он большой знаток вина.

Николай Фоменко:
— Мальцев действительно большой знаток, но зачем меня учить, если я там прожил семь лет, насмотрелся на все.

Понятно, Коленька, а виски пьем?

Николай Фоменко:
— Да, в основном «Бурбоны», какие-нибудь кукурузные сладости, но не могу сказать, что…

А с запахом дегтя, благовоний?

Николай Фоменко:
— Ты знаешь, я не люблю, по поводу виски конкретно, вкуса виски не особенно не запариваюсь.

Не паришься.

Николай Фоменко:
— Не парюсь, да, это модно.

Это жесть.

Николай Фоменко:
— Just right.

Я перескочила немножко на алкогольную тему, давай вернемся.

Николай Фоменко:
— Вернись назад. Про мясо?

Политика.

Николай Фоменко:
— Давай о политике.

Практически то же самое. Вот ты не голосуешь, а сам не хочешь в политику? Вместе с Ксюшей Собчак будешь вести политические ток-шоу, она, кстати, сейчас будет вести на Третьем канале вместе с Добровым политическое ток-шоу, с хорошим Добровым.

Николай Фоменко:
—  Ну и великолепно. Я боюсь не просоответст